Я вижу, как в ВУЗах делают финансируемые государством лаборатории, закупают для них оборудования на десятки миллионов рублей, нанимают студентов и аспирантов. Темы разные, в т.ч. электроника, космос, авиация.

Еще много появилось каких-то программ, по которым выдают премии и гранты на разработку каких-то интересных проектов.

Всё вроде бы замечательно. Но механизм работает так, что толку от него получается не много. Бабло выделяют не на результат, а на процесс. У баблополучателей нет обратной связи, которую обычно даёт рынок. В итоге выходит, что баблополучатель вовсе забивает на интересы конечных пользователей его продукта, и концентрируется на процессе разработке и выбивании дополнительного финансирования.

Проект придумывается, финансирование выбивается. Идёт кодирование софта, паяние электроники. При этом проходит год, проходит второй год, уже и электроника по большей части работает, софт что-то делает. Но при этом до сих пор никто даже и не подумал – а кто же будут покупатели сего чудного продукта, кто за это будет платить, и что этим клиентам на самом деле нужно?

И в целом, видя такую ситуацию, у людей мозги меняются. Я вокруг вижу людей, которые ищут, где бы у государства урвать грант какой-нибудь, вместо того, чтобы изучать спрос и делать нужный рынку продукт. Да что там говорить, и сам уже начинаю подумывать, что можно где-то миллиончик-другой на какой-нибудь из своих проектов найти

–

Павел Сурменок

http://surmenok.ru/

Интересное мнение у bbb по поводу собственности, высказанное в дискуссии о том, имеет ли либертарианец-анархокапиталист врезать по морду Берлускони за то, что он представляет государство, которое совершает насилие над этим самым либертарианцем

«Собственность и все, что с ней связано (свобода, агрессия, права и т.д.) суть понятия исключительно общественные, потому что и существуют исключительно для регулирования общественных отношений. Для Робинзона нет собственности, свободы и т.д. То есть действовать эти понятия могут только тогда, когда они разделяются обществом. При этом общественный (то есть единвственный) смысл этих понятий состоит в поддержании мирного взаимосуществования и взаимодействия, в предотвращении войны всех против всех. Поэтому если я считаю, что вот этот дом мой, но все поголовно вокруг считают, что он на самом деле ваш, то мне придется или смириться и утереться, или начать ту самую войну против всех, для избежания которой и возникла концепция собственности.

При этом и государство существует ровно по той же самой причине – для поддержания мира, порядка, спокойствия. Его роль вторична по отношению к собственности, то есть люди воспринимают государство как неизбежный механизм для обеспечения мира, когда безгосударственные отношения собственности не срабатывают. А вся либеральная идея, как я ее вижу, сводится, по большому счету к тому, что все больше и больше разнообразных форматов поведения, в сумме и составляющих “государство”, демонстрируют свою сравнительную неэффективность и могут быть заменены договорными форматами собственности. При сохранении, естественно, тех же базовых предпосылок – собственность и государство как инструменты обеспечения мирного сотрудничества. То есть государство не “отменяется”, а “рассасывается”, прямо как у Ленина в “Государстве и революции” (это тот самый случай, когда остановившиеся часы показали верное время).

На ваши рассуждения о “частной мести”, а также на несколько пугающие рассуждения об истреблении Берлускони я могу ответить так. “Месть” в адрес преступника, как элемент общего наказания, предполагает прежде всего наличие преступления, преступника. А понятие преступления и преступника – это, вы будете смеяться, такие же общественные понятия, как и собственность. Икс вас ударил, вы считаете его преступником и ударяете его в ответ, но все это пока есть просто ваша драка. Вполне возможно, что Икс считает преступником вас, и то, что вы сочли его первым ударом, было в его глазах местью-наказанием. Поэтому решающую роль играет не то, что думаете вы с Иксом, а то, что думают окружающие люди. Именно господствующее мнение делает некое поведение преступным, и это такое поведение, которое по определению маргинально, редко. Поэтому его и можно подавить силами общества – преступники суть незначительное меньшинство. Именно поэтому и возможна борьба с преступностью, не сводящаяся ко всеобщей драке всех с каждым. Возвращаясь же к нашему Берлускони, мы видим, что исполнение долности премьер-министра обществом не рассматривается как преступление. Соответственно, ваш единомышленник, решивший “наказать” Берлускони, будет выглядеть таким же преступником, как какой-нибудь озабоченный деятель, решивший, к примеру, убивать девушек в коротких юбках, потому что ему короткие юбки кажутся “преступлением”. Единственным результатом его усилий будет, помимо возможной смерти Берлускони (понимаемого как демократически избранного премьера в стране, ни малейшим образом не стоящей на грани гражданской войны или сецесси – это важное условие), всеобщая охота против него и его немногочисленных единомышленников, неизбежно завершающаяся его отловом, как это много-много раз бывало с подобными революционными террористами. Я могу, возможно, оценить возвышенные чувства такого террориста, готового пойти на плаху ради народного счастья, как он его себе понимает, но все равно вынужден буду считать его вредным и недалеким авантюристом, каковым он, естественно, и являлся бы. Нет ничего более нелиберального, как попытка силой навязать людям то общественное устройство, которое они не считают желательным, а в сегодняшнем мире (как минимум, западном) люди, очевидно считают желательным именно представительную демократию.»

–

Павел Сурменок

Красноярск, 18 апреля 2010, вечер

А это значит, что НДС сильнее влияет на бизнесы с низкой долей сырья в стоимости готовой продукции, т.е. на высокотехнологические бизнесы, производства с высокой степенью передела сырья.

martyshin сравнил налоговую нагрузку на бизнесы с высокой долей сырья и с высокой долей труда в структуре цены готовой продукции. Выводы неутешительные, хотя не неожиданные. Высокотехнологичные производства у нас не выгодны. Выгодно качать нефть.

НДФЛ 13%, бывший ЕСН теперь будет 34%. Итого 47%. И это только то, что напрямую высчитывается с зарплаты наёмного работника. А еще кучка налогов косвенных, входящих в цены товаров. НДС 18%, например. И акцизы (когда-то, когда резал колбасу на Российской газете, очень удивился, увидев, что с каждого литра бензина 4 рубля уходит на акциз).

А еще интересно, что налоги устроены так, что сильнее бьют не по богатым, а по бедным: «Основную массу нагрузки несет на себе массовка, получающая до 35 тыр в месяц».

Такое вот у вас, друзья, заботливое социалистическое государство.

–

Павел Сурменок

Красноярск, 18 апреля 2010, вечер