Сразу после публикации этой новости доллар сильно просел относительно евро и других валют. И это явно не по душе политической и экономической элите США.

К слову, несколько лет назад Иран уже декларировал отказ от долларов и переход на расчеты в евро. Через несколько месяцев после этого американские и английские войска вошли в Ирак.

Что будет на этот раз? Как США будут спасать доллар? Маленькая победоносная война в Иране?

Или может быть это как раз начало того процесса, о котором уже десять лет говорит декан факультета «Международных отношений» Дипломатической академии МИД РФ Игорь Панарин? Напомню, что он последовательно и неизменно предсказывает осенью 2009 года падение доллара, а летом 2010 года распад США.

–

Другие заметки по теме:

Умножая деньги

Вечнозелёные бумажки

Юань наступает

Фондовый рынок небесполезен

Причины ипотечного кризиса

Тонкое место банковской системы

Друзья, подписывайтесь на RSS!

–

Павел Сурменок

Красноярск, 7 октября 2009, вечер

–

Павел Сурменок

Красноярск, 7 октября 2009, полдень

Вчера узнал, что американцы провели исследование, в котором рассчитали экономические показатели более пятидесяти гибридных и дизельных авто. Интересные получились цифры.

Так, исследователи оценили разницу в цене между гибридным/дизельным и обычным авто, а также разницу в полной стоимости владения за 5 лет (TCO, Total Cost of Ownership). TCO включает в себя все расходы, которые несет владелец авто, включая ремонт, обслуживание, топливо и т.п.

Если смотреть по отельным моделям гибридов, то цифры совершенно разные. Есть гибриды, которые дают реальную экономию. Например, Chevy Silverado 1500 Crew Cab Hybrid 2WD или GMC Sierra 1500 Crew Cab Hybrid 2WD. Но есть и такие модели, которые не только не дают экономии, но даже менее экономичны (с точки зрения TCO), чем бензиновые аналоги. Например, Lexus LS 600h L  обойдётся своему хозяину за 5 лет владения аж на 23705 долларов дороже, чем аналогичный бензиновый Lexus LS 460L AWD.

Многие американцы думают, что гибриды дороже в эксплуатации и ремонте, чем бензиновые авто. Что интересно, на самом деле это не так. Расходы на обслуживание и ремонт примерно одинаковы.

Ну и еще один занятный вывод из исследования касается сравнения гибридов и дизелей. Оказывается, дизели зачастую даже более экономичны, чем гибриды! Например, хорошую экономию дадут Volkswagen Jetta TDI (-6420 долларов по TCO по сравнению с бензиновым аналогом) и Mercedes-Benz GL320 BlueTec (-4645 долларов по TCO).

Возможно такие цифры подтолкнут американцев к более активным покупкам дизельных авто. Сейчас дизели в США не пользуются популярностью, основной рынок дизельных авто – Западная Европа.

–

Павел Сурменок

Красноярск, 4 августа 2009 года, утро

Новую линию торговых автоматов 4 июля 2009 года представила компания Innovative Vending Solutions (США). Один из таких автоматов уже работает в Glendale’s Arrowhead Towne Center Mall. Любой желающий может купить там футболку за 10-25 долларов. В наличии как мужские так и женские футболки всех размеров от Small до Extra Large, стилизованные под популярные кинофильмы.

Стоимость автоматов от 6 до 12 тысяч долларов. Изобретатели новинки расчитывают, что их детище произведет очередной бум в вендинг-индустрии.

–

Другие заметки по теме:

Плати пальцем за кофе

Новая монетка по заказу вендинга

Американский вендинг вековой давности

Мобильные кофепеи

Друзья, подписывайтесь на RSS!

–

Павел Сурменок

Красноярск, 30 июля 2009 года, вечер

В США около 20% электроэнергии вырабатывается атомными электростанциями. Это достаточно дешевый и экологичный источник энергии. Энергия атома дешевле чем газ, нефть, уголь.

Сейчас вся атомная энергетика основана на старых громоздких ядерных реакторах, которые разрабатываются, строятся и эксплуатируются большими корпорациями, как правило госмонополиями. Но в последние годы всё чаще появляются стартапы, разрабатывающие более современные проекты. Это небольшие ядерные реакторы, более безопасные, более экономичные. Они настолько малы, что такой реактор можно разместить на большом кухонном столе, и перевозить обычными грузовиками. Грубо говоря, они отличаются от старых больших электростанций как современные микропроцессоры от мэйнфрэймов.

Это интересно, это перспективно, это выгодно. Инвесторы готовы финансировать такие проекты. Но есть один нюанс. Это Nuclear Regulatory Comission и Department of Energy. Чтобы согласовать такой проект с этими бюрократическими организациями, нужно адски много времени и адски много денег. Средний такой стоит 100 миллионов долларов, и из них 50 миллионов уйдет только на согласование всей документации с госорганизациями. И не факт, что спустя годы жонглирования пачками документов проект будет одобрен.

В итоге получаем, что риск проектов слишком велик и венчурные капиталисты не спешат инвестировать в них. А нет денег – нет и работы. Так и живём.

–

Другие заметки по теме:

Бизнес-архангел нано-мира

Об оценке рисков

Когда выгоден кредит

Фондовый рынок небесполезен

Друзья, подписывайтесь на RSS!

–

Павел Сурменок

Красноярск, 16 июля 2009 года, вечер

“Современная американская техника несравненно выше американского социального устройства. И в то время как техника производит идеальные предметы, облегчающие жизнь, социальное устройство не дает американцу заработать денег на покупку этих предметов.

Рассрочка – это основа американской торговли. Все предметы, находящиеся в доме американца, куплены в рассрочку: плита, на которой он готовит, мебель, на которой он сидит, пылесос, при помощи которого он убирает комнаты, даже самый дом, в котором он живет, – все приобретено в рассрочку. За все это надо выплачивать деньги десятки лет. В сущности, ни дом, ни мебель, ни чудные мелочи механизированного быта ему не принадлежат. Закон очень строг. Из ста взносов может быть сделано девяносто девять, и если на сотый не хватит денег, тогда вещь унесут. Собственность для подавляющего большинства народа – это фикция. Все, даже кровать, на которой спит отчаянный оптимист и горячий поборник собственности, принадлежит не ему, а промышленной компании или банку. Достаточно человеку лишиться работы, и на другой день он начинает ясно понимать, что никакой он не собственник, а самый обыкновенный раб вроде негра, только белого цвета.

А удержаться от покупок никак невозможно.

…

Казалось бы, в жизни среднего, иными словами – имеющего работу, американца должен наступить момент, когда он выплачивает все свои долги и взаправду становится собственником. Но это не так-то легко. Его автомобиль состарился. Фирма предлагает новую, прекрасную модель. Старую машину фирма берет за сто долларов, а на остальные пятьсот даются чудные льготные условия: первый месяц – столько-то долларов, а потом…

Потом счастливый собственник как-то незаметно теряет работу (в Америке это называется потерять «джаб»), и его новый автомобиль с двумя сигналами, электрической зажигалкой и радиоаппаратом возвращается настоящему владельцу – банку, который давал рассрочку.

И вот беда! Ведь продают не какую-нибудь дрянь, а действительно превосходные вещи. За последние годы производство предметов массового потребления дошло в Америке до совершенства. Ну как тут удержаться и не купить новый пылесос, хотя старый хорош и может работать еще десять лет!”

–

Павел Сурменок

Красноярск, 15 июля 2009 года, вечер

«Процесс еды был так же превосходно рационализирован, как производство автомобилей или пишущих машинок. – Еще дальше кафетерий по этому пути пошли автоматы. Имея примерно ту же внешность, что и кафетерии, они довели процесс проталкивания пищи в американские желудки до виртуозности. Стены автомата сплошь заняты стеклянными шкафчиками. Возле каждого из них щель для опускания «никеля» (пятицентовой монеты). За стеклом печально стоит тарелка с супом, или мясом, или стакан с соком, или пирог. Несмотря на сверкание стекла и металла, лишенные свободы сосиски и котлеты производят какое-то странное впечатление. Их жалко, как кошек на выставке. Человек опускает никель, получает возможность отворить дверцу, вынимает суп, несет его на свой столик и там съедает, опять-таки положив шляпу под стул на специальную жердочку. Потом человек подходит к крану, опускает никель, и из крана в стакан течет ровно столько кофе с молоком, сколько полагается. Чувствуется в этом что-то обидное, оскорбительное для человека. Начинаешь подозревать, что хозяин автомата оборудовал свое заведение не для того, чтобы сделать обществу приятный сюрприз, а чтобы уволить со службы бедных завитых девушек в розовых наколках и заработать еще больше долларов. »

И это век назад. В России наверное таких полностью автоматизированных заведений нет до сих пор Впрочем, еще нескоро появятся. У наших людей совсем другие привычки. Пока еще даже обычный фаст-фуд типа макдональдса не так популярен. Хорошо это или плохо? Вопрос интересный. Чисто с практической точки зрения конечно фаст-фуд и такие вот автоматы экономически эффективны.  

–

Павел Сурменок

Красноярск, 1 июля 2009 года, вечер

“Вот такого рода люди занимались закладными на жилые дома – просто какие-то пастухи овец по сравнению с боевыми ковбоями Уолл-стрит. Ковбои торговали облигациями – правительственными и корпоративными. А когда ковбой торгует облигациями, он делает это гурьбой и гуртом. Он встает и кричит на весь торговый зал: «Я взял десять миллионов IBM восемь с половиной (8,5 – процентные облигации), чтобы пропустить их (продать) по сто одному, и я хочу, чтобы это дерьмо ушло немедленно». Никогда в жизни он не сможет представить себя кричащим: «Я взял закладную на жилой дом Мервина К. Финкльбергера на сумму 62 тысячи долларов по сто одному; ей до погашения еще двадцать лет; он выплачивает по ней 9 процентов в год. Это дивная маленькая сделка, с тремя спальнями, совсем близко от Норволка. Мужик тоже славный». Маклер не может гуртовать домовладельца.

Проблема была достаточно фундаментальной и никак не сводилась к пренебрежению средними американцами. Закладные – это не облигации, ими нельзя было торговать. Это были ссуды сберегательных банков, и предполагалось, что они никогда не выйдут за пределы этих банков. Для Уолл-стрит, привыкшей оперировать большими суммами, закладная на один дом не представляла интереса в качестве инвестиционного инструмента. Никакой маклер или инвестор не согласился бы шнырять по пригородам, проверяя кредитоспособность домовладельца, которому только что выдан кредит. Чтобы закладные превратились в облигации, их нужно было обезличить.

Их следовало по меньшей мере сложить в нечто единое – закладные на дома разных домовладельцев. Инвесторы и маклеры доверились бы законам статистики и стали бы покупать пулы из нескольких тысяч кредитов под закладные, выданных сбербанками. Они могли бы быть уверены, что по законам вероятности только малая часть этих кредитов не будет погашена в срок. Тогда можно эмитировать бумажные облигации, дающие владельцам право на пропорциональную долю дохода от пула закладных – на гарантированный кусок пирога. Можно создать миллионы пулов, каждый из которых будет однородным, поскольку будет содержать закладные со сходными характеристиками. Пул, к примеру, может состоять из закладных под жилые дома ценой менее 110 тысяч долларов, по которым выплачивают 12 процентов годовых. Держатель бумажной облигации станет получать на свои деньги 12 процентов в год плюс пропорциональную часть платежей домовладельцев в счет погашения основной суммы кредита.

После такой стандартизации облигации на пулы закладных могут быть проданы американскому пенсионному фонду, токийской трастовой компании, швейцарскому банку, избегающему налогов греческому судовладельцу, который проживает на своей яхте, курсирующей в заливе Монте-Карло, да и вообще любому, у кого есть деньги для инвестирования. Такими облигациями можно торговать. Каждый торговец увидит только одно – эти бумаги представляют собой облигации. Облигациями уже можно торговать гурьбой и гуртом. Непроницаемую границу можно провести ниже центральной точки рынка. На одной стороне этой границы будут домовладельцы, на другой – инвесторы и маклеры. Две эти группы никогда не встретятся воочию, что представляется довольно забавным, поскольку принято считать, что, если ты кому – то ссужаешь деньги на покупку дома, ты должен хотя бы поглядеть в глаза своему должнику. Но домовладелец встретится только с менеджером его местного Сбербанка, который даст деньги и которому со временем придется вернуть долг. А инвесторы и маклеры увидят только бумажные облигации.”

–

Павел Сурменок

Красноярск, 6 июня 2009 года, вечер